Взрослые дети, которые давно живут своей жизнью, иногда с удивлением замечают, что их родители остаются где-то на другом берегу. Дистанция не измеряется километрами, она тише и сложнее.
Первая история — о Марке и его отце. Они разговаривают раз в месяц, всегда о погоде или ремонте в гараже. Отец никогда не спрашивает о работе Марка или его личной жизни. Марк в ответ не рассказывает. Между ними висит невысказанное перемирие, будто любое настоящее слово может его нарушить. Иногда Марк ловит себя на мысли, что просто забыл, как говорить с этим человеком по-другому.
Вторая — о сестрах, Лене и Ире. Их мать всегда была поглощена собой, ее мир вращался вокруг собственных увлечений и обид. Девочки выросли, став друг для друга то ли союзницами, то ли чужими людьми, связанными лишь старыми привычками. Они звонят, договариваются о визитах к матери, обсуждают её здоровье. Но их собственный разговор — это набор безопасных тем: дети, покупки, воспоминания из детства, где нет места чувствам. Близость, которую они могли бы разделить, осталась где-то в прошлом, невостребованной.
Третья история — об общем столе в праздник. Все собрались: взрослые дети с семьями, родители. Разговоры текут легко, смех звучит. Но если прислушаться, это разговор многих отдельных людей, а не одной семьи. Каждый рассказывает о своем, никто не слушает по-настоящему. Родители сидят во главе стола, будто памятники самим себе, а дети уже давно построили свои миры, в которых для родителей осталась лишь почетная, но необязательная роль. После ужина все с облегчением возвращаются к своим делам, к той жизни, где эта тихая отстраненность стала просто фоном, почти незаметным.
